"Куранари?"
А?
"Ты просил вот эти, да? Против головной боли."
Таблетки.
Я оглядываюсь. Дверь закрыта.
Я протягиваю ей открытую ладонь. Как только Йу распрямляет руку, я хватаю её за горло и сдавливаю. Трещащие кости. Оборванное дыхание.
Я затаскиваю её вглубь лазарета и опираю на стол. Я целую её. Мягкие губы. Широкие глаза. Как мило. Она кричит.
Я бью её. И ещё, и ещё. Её губа начинает кровоточить. Мой язык слизывает её кровь. Я пробегаю рукой по её волосам.
Тщщщ, всё будет хорошо.
Она плачет.
Я укладываю её на стол. Нож из набора инструментов. Из-под разорванной одежды выглядывет её молодая красивая грудь, её стройное тело проблескивает под ярким флуоресцентным светом.
Я срываю с неё остатки одежды и беру её.
Разрывая одежду, разрывая плоть.
Рыдая, она сдаётся натиску моего ножа.
Тщщщ.
Йу трясется вместе со столом. Она снова кричит, с моей рукой, зажимающей ей рот.
Лежи тихо.
Её ноги дергаются. Уже достаточно.
Слезы наливаются в глазах, и последние капли жизни уходят из её тела с каждой струёй густой спермы.
Пустые глаза. Потные волосы. Бёдра все в крови. Нет, так не пойдёт.
Я решил что позволю ей жить. Я знал её всего день, но любил её.
Я наклоняюсь и целую её в щеку, и прижимаю её к себе.
Тщщщ. Отдыхай пока.
Она не дваигается. Я вытаскиваю нож из её тела, и беру её ещё раз.
Паяльной лампой, которой мы утром вместе чинили генератор, я открываю переборку безжалостному морю.
Шумящая вода. Холодная девочка. Безжизненные глаза.
Я закрываю дверь в лазарет покрепче.
Как грустно. Я забыл сказать что любил её.